Кроме шведских джазовых групп, Ларс переиграл с таким количеством звезд мирового джаза, что можно было бы сегодня наш разговор посвятить только перечислению людей из этого списка.

47-семилетний Ларс получил классическое образование как виолончелист в Гётеборгской Консерватории. Будучи студентом, начал играть на контрабасе, затем полностью переключился на джаз и добавил в свой арсенал бас-гитару, и безладовый бас. В своих альбомах Ларс продолжает играть на виолончели, а также блестяще выступает в качестве пианиста и гитариста.
Начинал свой творческий путь Ларс вместе со своим другом - очень известным тромбонистом Нильсом Ландгреном (Nils Landgren), одним из музыкантов, стоящих у истоков группы ABBA. Очень быстро завоевав известность в джазовых кругах, Ларс начал выезжать в Европу, где за достаточно короткий срок успел заработать высокий авторитет и, как следствие стал работать в Европейских турах с такими китами, как Майкл Брейкер, Чарлз Ллойд, Кенни Баррел, Джино Ванелли и многими другими.
Будучи очень известным музыкантом-исполнителем, Ларс много работает еще и как композитор и аранжировщик. В качестве аранжировщика он, как мне кажется, стоит так высоко, что, даже если бы не играл на басу, то все равно был бы очень заметной фигурой мирового джаза. Его основная сила - классическое образование, знание струнных и симфонической полифонии. Диск, о котором мы сейчас говорим - яркий тому пример. Уровень аранжировок (все они сделаны Ларсом) - заоблачный. Ларсу удалось создать очень необычную палитру, он написал целый альбом, в котором играет полный симфонический оркестр, но основной фигурой и соло-инструментом является контрабас, играющий лидирующую роль. В симфонической музыке есть много примеров контрабасовых соло, но целый альбом для контрабаса с полным оркестром - вещь невиданная. Я лично не припоминаю такого.

Заглавная композиция «Libera Me» - вариация величественно-торжественного трагического Реквиема французского композитора конца XIX столетия – Габриэля Форе. Именно она и определяет настрой и тональность всего альбома. Музыка альбома – очень европейская, но сыграна, аранжирована она 100% по-американски. И вот именно сплав лучшего в европейской и американской музыке дал такой потрясающий результат.
Все 12 композиций альбома написаны в миноре, что совершенно неприемлемо для американской музыки, в которой царит мажор и только мажор. Минор в Америке можно услышать в кино, театре, концертном зале, но не на улице, в кафе или клубе. Американский джаз уходит корнями в блюз, рэгтайм, диксиленд, где совершенно нет места минору. Даже ньюорлеанские похоронные бэнды играют мажорные темы на погребениях. Гершвин был отцом направления американской музыки, в которой даже минор выражался через мажор. Именно поэтому американскую музыку можно узнать сразу и безошибочно.
Слушая альбом Ларса, я все время ловил себя на мысли о том, что это – идеальная музыка для меня, выросшего на классической европейской музыке, но с раннего возраста полюбившего джаз. В этом альбоме Ларс, как аранжировщик поднялся до уровня Клауса Огермана, Хенри Мансини, Нино Рота, Энио Морриконе точно так же успешно соединяющих европейскую мелодику и гармонизацию с американскими принципами аранжировки.

Во всех произведениях альбома явно чувствуется дух европейского неоклассицизма, дух Шуберта, Чайковского, Ибсена, и в то же время – это джаз, глубокий и философский. Блестяще вписался в атмосферу альбома меланхоличный звук трубы Нильса Питера Молвера (Nils Petter Molvaer), норвежского трубача, работающего в самых различных стилях и направлениях.
Несколько ярких соло ньюйоркского саксофоиста – всемирно известного Дэйва Либмана добавили в альбом тот самый американский свинговый колорит, давший альбому неповторимость.

В одной песне на альбоме появляется очень интересная певица Сесилия Норби (Cæcilie Norby), с которой Ларс работал в бэнде Джино Ванелли. Я лично ее никогда до этого альбома не слышал, но сейчас прочел, что у нее есть два сольных альбома и буду искать их в свою коллекцию.

Как я уже говорил, все пьесы альбома написаны в миноре, многие из них в основе имеют столь близкие нашему сердцу классические Гайдновские квартово-квинтовые гармонические последовательности, без которых советская песня просто умерла бы через неделю. К счастью, в исполнении настоящих музыкантов эти гармонии способны действительно трогать и не звучать пошло и надоедливо.

Каждая из пьес альбома тщательно отобрана и имеет глубокий смысл.

Про заглавную пьесу я уже говорил.

Первая пьеса альбома, вальс "Asta" – посвящен дочери Ларса и носит ее имя.

Третья пьеса “The Teacher” посвящена учителю Ларса Андерсу Йормину.

Шестая пьеса “Shimmering" – блестящая, глубокая философская работа Ларса, написанная под воздействием малоизвестной «Медитации в Ре-миноре» эстонского композитора Арво Пярта.

Седьмая вещь “Granada” на самом деле часть большой сюиты Ларса «Воспоминание об Альгамбре», написанной для контрабаса и виолончели с оркестром.

Восьмая пьеса – оркестровая обработка песни Джонни Митчелл “Both Sides Now”

В десятой пьесе "Bird Through The Wall" Ларс, кроме баса и фортепиано еще играет и на маримбе. Ее хорошо слышно с самого начала.

Одиннадцатая пьеса – “Cornelia” была первоначально написана Ларсом для бельгийского Metropole Orchestra. Она звучит наиболее классически во всем альбоме.

Мне трудно выделить какую-либо из пьес, но если вы не уверены, что вам понравится музыка Ларса Даниэлссона, начните с пьесы “Granada”, если она вас не тронет, то возможно и все остальные будут не в вашем вкусе. Если же она вызывает у вас бурю чувств и массу мурашек, несущихся стадами по всеми телу, то этот альбом станет жемчужиной вашей коллекции.