В конце 80-х работал я в Москве с одним американцем-корреспондентом небольшой телекомпании. Стояли страшные холода - до минус 35, а Джим (так звали парня)  приехал в Москву в смешной бейсбольной шапке с надписью «NY Yankees». От мороза у моего янки лоб покрывался инеем, а волосы замерзали сосульками и ломались.

Жалко мне его стало, и предложил я ему помощь в купле нормальной шапки. Пошли мы в магазин "Меха-шубы" на Горького, прямиком в валютную секцию.

Шапок там было несметное количество. Я кинулся к единственной ондатровой, добротной такой ушанке. Джим меня именно о такой и просил. Американец мой долго примерял шапку перед зеркалом, цокал языком, танцевал вприсядку, изображал Гришку Распутина, вытирал слюну от предвкушения - как он будет своим соседям в Висконсине показывать.

Исстрадавшийся морозами, он схватил ее как ребенок, прижал к груди и ни за что не хотел отпускать, боясь, что кто-то другой ушанку эту купит.
Подошли мы с ним к кассе и спрашиваем:
- Почем сие чудо?
- 80 долларов - говорят.
Ну, думаю, повезло парню - такую шапку за восьмидесятник отхватить.
А он, родимый, сник как-то и тихонечко идет обратно в секцию, вешает шапочку на место и говорит:
- Пошли отсюда!

Вышли мы на улицу, мороз его сразу привычно согнул в дугу, а я иду и думаю: "Ну что за народ эти американцы! На себя и то пожалел!"
Спрашиваю:
- А чем тебе шапка не подошла?
Говорит:
- Очень дорого! Я такую же могу у нас за 30-40 долларов купить. Я уж лучше потерплю еще немного.
Возражать Джиму я не стал, хотя и был поражен его жлобством.

В тот же день, вечером, пошли мы с Джимом и еще парой друзей в ресторан "Метрополь". Там был полный комплект удовольствий для иностранцев: отличная еда, много водки, девицы легкого поведения (ДЛП) и (как водится) заоблачные цены. Американец мой гулял, как цыганский барон, - не глядя на кошелек. Он платил за всех, в том числе и за ДЛП, заказывал музыку, оставил сумасшедшие чаевые бармену и вообще - вел себя как русский купец из Михалковских фильмов. В конце вечера нам выставили счет - около 900 долларов за все "гусарство", а Джим, даже не посмотрев на него, дал кредитку и расплатился. На все наши попытки войти в долю презрительно улыбался и просил его не беспокоить по пустякам. Уже уходя, купил еще на пару сотен баксов коньяка и шоколада, и отдал все ДЛП. Их услуги принять не согласился по причине высокой морали и вечной любви к 150-килограмовой жене с 4-мя детьми (фотографии в кошельке традиционно были показаны всем, включая и ДЛП)

На следующий день я ожидал самого тяжелого - осознания глупости собственных "художеств", раскаяния, вырывания с корнем остатка смерзшихся волос и завываний на непонятном мне языке потомков гугенотов. Сцена из "12 Стульев", когда Киса получил тумаков за "гусарство" перед аукционом, была жива в моей памяти.
Но... ничего не произошло. Мой американский друг был бодр, весел, рвался в бой делать какой-то репортаж, и все время вспоминал вчерашнюю вечеринку как очень удачно проведенное время. Я, часом, засомневался в том, что он хорошо помнит вчерашнее. Мой американец сказал:
- Да нет, я вроде все хорошо помню.
- А сколько денег ты вчера засадил помнишь? - ехидно так поинтересовался я.
- Да, - говорит, - 1184 доллара.
Тут меня совсем удивило то, что он себя так ведет. Решил все-таки свое любопытство удовлетворить.
Спрашиваю:
- Как же так? Там, в ресторане ты выбросил больше тысячи долларов на ветер, но не захотел потратить 80 долларов на спасение самого себя от морозов?
А он мне отвечает:
- Понимаешь, вчера я потратил деньги на fun, развлечение для самого себя и своих друзей (про ДЛП он не упоминал). Это было мое осознанное и добровольное решение, а в магазине было ограбление. Я с детства не люблю, когда меня грабят. Они же мне не дали никакого выбора - все остальные шапки были еще дороже. Вот я похожу по городу, посмотрю на цены. Если не найду дешевле, то пойду и возьму в этом магазине, но я буду знать, что у меня был выбор. А вот так, с первого же предложения делать покупку - я не согласен!

Тогда мне это было непонятно. Отчасти, мне все еще непонятно и сейчас, хотя... сейчас я гораздо ближе к согласию с тем, что в его рассуждениях есть рациональное зерно...